«Компромисс – это не капитуляция»: эксперт объяснил, что такое софт сила и почему она нужна

Об этом он рассказал в программе «Антишоу» с Русланом Бортником.

«Весь 2025 у нас прошел под лозунгом поиска мира. Бесконечные усилия американской дипломатии, Украина с европейскими партнерами – это все топ-темы, они не сходят у нас с эфиров, с Telegram-каналов, они постоянно в фокусе. Возник некий вакуум ощущения времени. Но несомненно, мы попали в поток ожидания, что война закончится уже с каким-то компромиссом», – отмечает Андрей Ермолаев.

По его словам, с 2022 и до 2026 мы прошли эволюцию от ожидания победы до компромисса в какой-то допустимой форме. А также, добавляет эксперт, мы пришли к тому, что будет тяжелый переходной период после войны, потому что увидели весь спектр проблем: миллионы уехали, миллионы без дома, инфраструктура в катастрофическом состоянии, гуманитарная катастрофа.

Тем не менее, подчеркивает гость программы, не надо интерпретировать компромисс как поражение и капитуляцию, это спекулятивно, неуместно и опасно для общественных умонастроений. Ложное понимание этих вещей, объясняет он, приводит к негативным, стихийным, неконструктивным реакциям, и это подрывает доверие людей до возможного компромисса.

«Компромисс – это не капитуляция, а разумное решение, в котором воюющие стороны расходятся, перестают разрушать друг друга, а вопросы, связанные с итогами войны, снимаются с военных и уходят в область софт силы, дипломатической тяжбы и в итоге в конкуренцию за умы людей, за настроения людей, которые оказались жертвами войны и на оккупированных территориях. Это искусство софт силы после войны», – объясянет Андрей Ермолаев.

Как сообщала Politeka, Шейтельман заявил, что мы уже согласились заморозить войну по линии фронта – это наш компромисс.

Также Politeka писала о том, что Мусиенко оценил, получит ли Украина все же Tomahawk: закулисная дипломатия.