«Уже формируется два противостоящих блока», - эксперт рассказал о фазах мирового конфликта

Об этом он рассказал на канале Руслана Бортника.

По словам эксперта, мы очень часто слышим, что старый миропорядок, сформированный между Потсдамом и Хельсинки, уже умер, но непонятно, что пришло ему на смену. Говорят, продолжает он, что управляемый хаос, на Ближнем Востоке пока что это так, но даже на дипломатическом уровне между США, ЕС и Китаем уже не совсем. По мнению эксперта, человечество встало перед проблемой перехода на следующий технологический этап, но устаревшие политические элиты не чувствуют требований времени, поэтому играют по старым правилам и используют тот же инструмент – войну.

«Первый этап (ред. – глобальной войны) уже прошел. Мне кажется, он начался 11 сентября 2001 года и закончился где-то в феврале 2014 года. Началось с атаки на башни-близнецы, а после иракская кампания, кампания в Афганистане, 5-дневная война между россией и Грузией, арабская весна, целая серия цветных революций, которая прокатилась по Ближнему Востоку. И фактически это закончилось в феврале 2014 года аннексией Крыма со стороны рф, после чего началось то, что мы наблюдаем по сегодняшний день. Это второй этап, когда уже формируется два противостоящих блока», – объясняет Руслан Бизяев.

Недавно, напоминает он, мы наблюдали обострение между Индией и Пакистаном, а это ядерные страны, также была война между Израилем и Ираном, ядерной и почти ядерной страной. В обоих случаях, констатирует эксперт, было очень сильное нагнетание, было много эмоций, но до применения ядерного оружия дело не дошло.

«Будет какая-то новая форма гибридной войны, в которой, я надеюсь, ядерное оружие не будет применено или оно не взлетит. У меня нету точного ответа, но пока что, насколько я понимаю, есть какой-то непубличный консенсус, что мы не нажимаем красную кнопку», – констатирует Руслан Бизяев.

Как сообщала Politeka, Шейтельман заявил, что «Газпром» стоит дешевле игрушки: россия потеряла доверие к миру.

Также Politeka писала о том, что Стариков объяснил, есть ли у Запада достаточно мощностей для производства большого количества оружия.