«Бить надо одним кулаком»: эксперт объяснил, почему важнее все силы бросить на мидл-, а не дипстрайки
Об этом он рассказал на своем канале.
По словам эксперта, в последнее время наша власть част предупреждает об угрозе обстрела и говорит, что Украине нужно больше ПВО, но сделать с этим ничего не может. То есть, объясняет он, выявлять угрозу нам помогает американская разведка, это не так тяжело, потому что ракеты надо транспортировать, с космоса это видно, но проблема с ПВО никак не решается, а все потому, что Запад готовится к войне с россией, а россия – с Западом, поэтому поставок Украине и нет.
«Цинично, но я сейчас говорю с точки зрения военного дела и военного искусства. Такие удары никакого отношения к изменению на поле боя не приводят. Почему? Потому что доктрина генерала Дуэ по проведению воздушных операций, ковровых бомбардировок и тому подобное не привели ни к чему. Дрезден во Второй мировой войне зачем разбомбили? Культурная столица Европы. Зачем? Никакого толку от этого не было. Нацистская Германия до марта 1945 года производила искусственный бензин. А сколько раз завод бомбили? 15 или 16 раз», – объясняет Олег Стариков.
Основная составляющая российско-украинской войны, подчеркивает он, наземная, нам нужно деоккупировать территории, это основная задача, и действовать нужно в рамках единого замысла. Поэтому, констатирует эксперт, удары по НПЗ и топливный кризис – это мы наказали москвичей, пусть стоят в очередях за бензином, но на линию боевого соприкосновения это не влияет. А вот мидлстрайки, подчеркивает он, работают, это создает противнику проблемы с логистикой и обеспечением.
«Но происходит отрыв одного от другого. Все должно быть в едином замысле. Генеральный штаб планирует, сухопутные войска – основной вид ВС, и все Силы обороны Украины на них работают, а не каждый сам за себя. Бить надо одним кулаком», – подчеркивает Олег Стариков.
Как сообщала Politeka, Чеславский пояснил, что конфликт на тему Волынской трагедии с Польшей не нов, его годами раздували в москве.
Также Politeka писала о том, что Бортник объяснил, почему вдруг все заговорили о мире уже этой осенью: «Попытка выдать желаемое за действительное».