Владислав Руденко об игре Гройсмана и темпераменте Саакашвили (видео)

— Прошла первая половина 2017 года. Какой она была в политике?

Одно из серьезных событий – глава Кабмина Владимир Гройсман мигрировал из-под крыла Петра Порошенко к «Народному фронту». Даже начал вести свою игру. То есть внутри коалиции появилась еще одна независимая сила. Это сильнее расшатывает систему.

В итоге, перед уходом Рады на каникулы, мы видели ряд острых решений и то, что противоречия между БПП, НФ и Гройсманом стали больше.

— Можно ли сказать, что те силы, которые в результате выборов в 2014 году пришли к власти, теряют части себя? В этом смысле движение Гройсмана от президента к НФ добавят ли электоральных очков последнему?

— Есть давняя стратегия. Маленькое государство, которое попало в противостояние двух больших стран, играя между ними, может решить свои интересы. Та же ситуация и у Владимира Гройсмана. Он был политиком местного уровня, долгое время был человеком президента. Потом президент привез его в Киев, сделал спикером, потом премьером. Да, Гройсман выдвигал свои условия, но, по сути, всегда был человеком президента. Сейчас он играет между двумя крупными игроками.

— То есть это самостоятельная игра?

— Плох тот солдат, который не хочет быть генералом. Плох тот мэр Винницы, который не хочет со временем стать президентом Украины.

— То есть Гройсман хочет не влиться в «Народный фронт», а подтянуть его под себя?

— Он хочет играть в свою игру. Периодически в ней Гройсману удается обыгрывать президента, решать какие-то свои вопросы по Кабмину, заручившись поддержкой НФ.

— То есть у него роль некоего политического модератора с решением каких-то своих интересов?

— Гройсман – человек, который, исходя из постоянно меняющегося политического ландшафта, играет на них. Огромный плюс в том, что у него есть опыт спикера. Он понимает, как получить большинство и вести переговоры.

— В принципе, он не конфликтная фигура?

— Да. Он постепенно выстраивает свою команду, потихоньку разрастается.

— Гройсман вольется в какую-то политическую силу или возглавит какой-то политпроект?

— Сложно прогнозировать то, что он возглавит политпроект. Сейчас ведутся переговоры, мы не знаем всех кулуарных тайн и подробностей о том, каким у нас осенью будет Кабмин.

— Будет переформатирование?

— Однозначно. У нас в подвешенном состоянии ряд министров. В этой ситуации Гройсман может выиграть и упрочить свои позиции. Но может и проиграть, если президент пойдет ва-банк. Всем выгоден слабый премьер. НФ и президент будут играть в свою игру, чтобы максимально ослаблять Кабмин Гройсмана.

Есть два самых обсуждаемых сценария. Первый – после объявления досрочных выборов, НФ и БПП идут в парламент общими силами. Треть мест в списке получит НФ, за ним оставят и треть портфелей в Кабмине. Они (НФ и БПП, — ред.) не наберут такое же количество мест в парламенте как сейчас,  им придется с кем-то вступать в договоренности. Большинство меняется, но становится более управляемым.

Второй сценарий – мы продолжаем текущую игру, с давлением, влиянием и т.д. Мы видели ситуацию со снятием неприкосновенности с депутатов. Когда Юрий Луценко говорит о списке из 40 человек – претендентов на снятие неприкосновенности, понятно, что на них оказывают давление.

— Такой старый проверенный способ из 90-х.

— Это вообще стиль нашей политики. Яркий пример – лишение Саакашвили гражданства.

— Если говорить «по-кавказски»: красиво поступили с Михаилом Саакашвили или не красиво?

— Когда он был нужен президенту, он получил гражданство. За прошедшее время Саакашвили из губернатора и местного политика вырос до уровня политика национального масштаба. Мы прекрасно понимаем, что «Рух новых сил» — партия Саакашвили. Партия, где есть один яркий лидер. Для Банковой очевидно, что этот лидер набирает, и очень серьезно, симпатии украинцев. Если рассматривать вариант досрочных выборов, то она могла набрать 5-8%, а по некоторым соцопросам, до 10%.

Саакашвили – хороший оратор. В обществе есть запрос на некую третью силу, а он еще не был в украинской политике, ассоциируется в позитивными грузинскими реформами.

— Но я хотел спросить о причине лишения гражданства. Там же что-то нашли в документах.

— Это же формальная причина.

— Но почему так прямо и грубо?

— Ну, не умеют у нас иначе. Тонкая игра еще к нам не пришла. Выстроить какую-то интересную комбинацию не получается.

— Настолько ли серьезным противником для власти был Саакашвили, чтобы лишать его гражданства?

— Серьезным. На выборах люди голосовали бы не за партию, а за человека. При нынешнем политическом раскладе, еще одна парламентская фракция могла бы поломать всю игру. Сейчас просчитываются многие варианты , и лишний игрок не нужен. Саакашвили для власти – чуждый элемент. Когда он возглавил Одесскую область, то начал ломать там правила. Но власти нужен человек, с которым можно договориться. Ведь Петр Порошенко любит договариваться, подвешивать вопросы, выстраивать ситуацию. Но Саакашвили — человек с восточным темпераментом, резкий, опытный, пользующийся поддержкой Запада. Прогнуть его под себя так просто не получится.

— Тебе не кажется, что у президента получается не сдавать позиции? Хотя все, вроде бы, так зыбко.

— Порошенко – один из самых сильных президентов, с точки зрения его политических навыков. У нас еще не было президента, который бы так успешно сложился в бизнесе. У него прекрасный английский, он умеет коммуницировать.

— Например, Дональду Трампу его бизнес не помешал стал президентом. Хотя говорили обратное.

— Да, и для того же Трампа человек, который является только политиком и никогда не был в бизнесе – пустое место. Ему важно, чтобы человек состоялся в какой-то сфере, а уже потом пришел в политику. Вот Порошенко для него человек не того уровня, но понятный.

Порошенко был бы идеален в качестве министра иностранных дел. Просто шикарен. Но главная проблема Порошенко, как президента, в том, что у него короткая скамейка запасных, он не верит людям и старается поставить на определенные позиции тех, кому он доверяет. Этот процесс он постоянно контролирует, что отнимает массу сил, усложняет задачи. Но, действительно, у него получается балансировать. Несмотря на то, что еще зимой у Порошенко был высокий уровень токсичности, он  ее постепенно спустил.

— Если бы этой осенью были президентское выборы, давай представим себе второй тур. Как ты думаешь, кто бы в нем оказался?

— На плаву три политика – Порошенко, Юлия Тимошенко и Юрий Бойко, как представитель оставшейся и достаточно большой части электората Партии регионов, людей, которые ждут «доллар по 8». Они верят, что если вернутся представители прошлой власти, мы быстро решим все вопросы и все будет почти так же, как в 2013 году.

— А где сейчас Юлия Тимошенко? Ее не видно. Она затаилась и выжидает?

— Нет, она постепенно работает. Думаю, что Тимошенко ведет активные переговоры с Банковой и другими политсилами. В случае досрочных парламентских выборов «Батькивщина» наберет большой процент голосов. По сути, это одна из тех партий, с которой Порошенко теоретически может создать большинство. Для того, чтобы сделать Юлию Тимошенко премьером и до следующих президентских выборов максимально слить на нее токсичность. Это один из сценариев. Возможно, идут переговоры.

Это мы думаем, что народные избранники уехали, но процесс идет. Юлия Владимировна активно работает на свой прямой электорат.

— Где эти люди?

— Это Центральная Украина. Днепр и область поменялись, хотя это и малая родина Тимошенко. У нее есть протестный электорат, который может выстрелить.