«Надо в рот главе НБУ Андрею Пышному смотреть», - журналистка Елена Лысенко о финансовой журналистике
Известная украинская журналистка Елена Лысенко заявила, что финансовая журналистка в Украине прекратила свое существование. Она заявила, что многие журналисты и часть рынка «продались».
Об этом она пишет в своем блоге на сайте "Фраза" . Публикуем текст, без правок и комментариев.
«Получают регулярные денежки, чтобы молчать о проблемах и хвалить Нацбанк и отдельные банки. Кто-то продался иначе, то есть без денег напрямую. Просто имеют специфического собственника — финансовое учреждение, а когда тому учреждению нужна лицензия или новое разрешение какое-то, то регулятор за это берет тушками — говорит, с какими журналистами работать, а с какими нет. А потом еще подсказывает, в какую «булку» и как поцеловать великого хозяина. В этот момент можно не пытаться вспоминать о каком-то достоинстве, принципах журналистики, конфликте интересов и свободе слова. Потому что у нацбанковцев как у оборотней пена изо рта идет от таких слов. А у владельцев издания и редактора нет никакой воли, внутреннего стержня и самоуважения», - заявила она.
Относительно «легли под хозяина» она заявила, что вдобавок еще нужно в рот главе НБУ Андрею Пышному смотреть.
«А также поддаковать его главному 5-миллионному прессеру Юлечке Евтушенко (по размеру военной зарплаты), подчеркивая каждый раз тезис о самом гениальном шефе (эта странная барышня почему-то считает, что когда рядом постояла финжуром, то каждый что-то ей виноват, феерическая шизофрения). Тогда может повезти и получаете конфетку, может даже совсем легально. Или от подрядчика Нацбанка или даже от самого Нацбанка, например, по соглашению по освещению тем по повышению финансовой грамотности населения. Ведь вы так умны и умеете народ поучать о том, как все правильно поступает НБУ и что теперь делать всему глупому населению, чтобы научиться выполнять все новые требования Национального банка. Даже не так. Требования были давно, просто люди не только глупы, а очень глупы, и не понимали что к чему. А вы уже 10 минут, как все это знаете, поэтому за достойные денежки готовы все объяснить», - отметила она.
По ее мнению, структурных, последовательных и компетентных финансовых изданий у Украины сегодня просто нет. К сожалению. Лишь то, что описала и редкие случаи редких интересных публикаций.
«Грустно, конечно. Как и наблюдать, в какое безобразное чудовище превратилась пресс-служба Нацбанка с бывшими финансовыми журналистами, которые рады хозяину служить за бронь и красивую зарплату, потому что в журналистике столько не платят. Они больше меня знают о злоупотреблениях, мутных схемах, коррупции большого босса, но верно сидят у ноги и вдобавок к релизам, которые и раньше были не очень содержательными, еще и пустые сообщения в соцсети делают. Сколько раз Пышный с кем встретился, типа это не его работа (нечто сверхурочное), даже когда те встречи пусты, или какую новую грамоту Пышный получил. Современный Брежнев украинского разлива, от которого давно тошнит не только банковский, но и небанковский сектор. Но Юлечка подгоняет — «скорее умного надо в еще одну булку ткнуть», потому что свободных орденов не осталось. Скоро будут писать, сколько раз на горшок сходил. Завороженная публика уже ничего не удивит, а прессерам безразлично, какие задачи выполнять, они как в старом мультике — «что, новый хозяин, надо?» Жаль, когда-то неплохие журналисты были и больше себя уважали. Вообще удивительный персонаж этот нацбанковский вождь. Утром его возят рожей по столу и крутят разными способами в ТГ-каналах, а днем это жалость на брифе корчит из себя альфа-самца, будто его кто-то пугается. А банкиры, сливающие о нем компромат вечером и ручающиеся днем, просто ржут. И мести в темноте будет только больше, потому что уважения нет. Перед моими глазами промелькнуло более десятка глав НБУ и каждый считал, что с ним точно ничего плохого случиться не может, потому что он самый умный и неприкосновенный. Тогда не стеснялись жрать в два глотка, сейчас — в пять (наверное из-за войны запасаются). Странные люди. Одно и то же каждый раз», - заявила она.