(Не)один народ!
Олег Сенцов не будет писать Путину прошение о помиловании. Я, кстати, не удивлен. Не тот типаж, чтобы просить о помиловании палача. Во-первых, гордость, во-вторых понимание того, что для палача или гопника сам факт просьбы о помиловании – дополнительное развлечение в процессе казни.
А если уже прижмут хозяина Кремля к стене и заставят выпустить или обмен станет неизбежным – пусть сам выкручивается. А Сенцов ему помогать своими просьбами не собирается.
Олег выйдет с поднятой головой, не снизошедший до прошений у куда более влиятельного, но морально совершенно мелкого на его фоне палача. Но Сенцов голодает уже 40 дней. И сам прекрасно понимает, что его никто не заставит унизиться или опустить голову. А вот убить могут просто бездействием вполне. Но не сгибается. Не тот человек.
Почему на фоне этой трагедии я столько внимания уделяю не палачам, не самому факту, а именно отказу Олега Сенцова от прошения о помиловании? Потому что это характер. Который очень качественно показывает нам психологический контраст с соседями, которые по непонятным причинам любят порассуждать о братских народах, а иногда докатываются до формулировки «мы один народ».
Так вот, не так давно в России произошла трагедия. В Кемерове в торговом центре сгорели более 60 человек, из них 37 детей. И появился там доведенный до отчаяния персонаж некто Игорь Востриков. Очень характерный пример.
Востриков потерял в пожаре сестру, жену и троих детей. То есть в нормальной системе ценностей терять человеку совершенно нечего – он потерял больше, чем все.
Его бесполезно пугать или подкупать. И на стихийном митинге он оторвался по полной программе – ругал МЧС, губернатора Тулеева и даже самого Путина.
Но после беседы с соответсвующими людьми переобулся на ходу. Путин молодец, губернатор ни в чем не виноват, от митингов нужно воздержаться и нечего майданить. Сейчас возглавил ячейку «Единой России» и, возможно, станет депутатом. Вот и почувствуйте разницу.
Один народ? Братья? Общая история, общая культура и ценности?! Голодающий сорок дней Олег Сенцов, который не станет просить пощады у Путина, и Игорь Востриков. Который потерял троих детей с женой, взбунтовался ненадолго, но уже на следующий день славит начальство и готов делать на трагедии карьеру. Нет ничего общего. Вообще ничего. Стена на границе, ров с крокодилами, самый строгий визовый режим и информационная изоляция. Не дай Господь, это заразно…
Кирилл Сазонов, политолог