Михаил Шейтельман о российских истребителях в Эстонии: «Мы увидим сбитые самолеты»
Об этом он рассказал в своем блоге.
Как объясняет эксперт, Эстония сама не могла сбить российские самолеты, потому что у нее нет ни своей авиации, ни Patriot, поэтому она сделала все правильно – запросила консультацию по 4 Статье НАТО. За последние 2 недели, отмечает он, мы все постепенно выучили, что в НАТО есть не только Статья 5 о коллективной обороне, но и Статья 4 о консультациях по поводу коллективной обороны, то есть пока они не стреляют, но договариваются привести все в боевую готовность.
«Patriot нет, но 4 Статья НАТО приближает нас к тому славному дню (а мы его дождемся, почему-то, я уверен), когда российские самолеты будут сбиваться над странами НАТО, над Эстонией, над Латвией, над Польшей, над Литвой. Мы увидим сбитые самолеты», – подчеркивает Михаил Шейтельман.
И да, констатирует он, Эстония не может так же быстро сбить российский самолет, как Турция когда-то. А все потому, объясняет эксперт, что в Турции все решает один Эрдоган, а Эстония не имеет собственной авиации, ее воздушное пространство патрулирует авиация стран НАТО, то есть эстонци должны были пожаловаться в НАТО, а НАТО – обратиться к той стране, которая сейчас занимается патрулированием.
«Но каждое подобное действие приближается нас к славной дате сбития российских самолетов НАТОвской авиацией, или Patriot, или еще чем-то. Поэтому я думаю, что это повысит степень боеготовности НАТО, переведет ее в другой формат. Вот в момент залета F-16 где были НАТОвские летчики? Я думаю, они как раз ужинали, ели мороженое или были на просмотре художественной киноленты. А если перевести их в состояние повышенной боевой готовности, то они будут все время сидеть со включенными двигателями. Появляется россиянин – через минуту его нет», – заключает Михаил Шейтельман.
Как сообщала Politeka, Бортник заявил, что Трамп еще не предлагал Украине четкую сделку: «Это не ультиматум».
Также Politeka писала о том, что Мусиенко оценил план Трампа склонить россию к переговорам и миру путем падения цен на нефть.