Август, который прошел, это уже была третья условная реструктуризация и третий условный дефолт, - Алексей Кущ

Финансовый эксперт Алексей Кущ объяснил, что дефолт для Украины – не в новинку, но тут важно воспользоваться возможностью и списать значительную часть госдолга.
Читати українською
Алексей Кущ Алексей Кущ

Об этом он рассказал в авторской программе Валерия Савчука «Разные люди».

«Проблема не в дефолте, а в некачественной, неэффективной реструктуризации и списании государственного долга. Потому что дефолт – это понятие достаточно широкое, тут надо начинать всегда с определения терминов. Дефолт может быть по инициативе кредитора, когда должник отказывается платить, он может быть по инициативе должника, а может быть просто процедурный, когда, например, сам факт реструктуризации долга уже приравнивается к дефолту, то есть это даже не технический, а условный дефолт. И мы в таких условных дефолтах прибывали несколько раз», - рассказывает Алексей Кущ.

По его словам, первый такой условный дефолт у нас был в 1999 году, когда азиатский кризис перекинулся на россию, а потом и на Украину, мы провели грамотную реструктуризацию и списали часть долга. Второй условный дефолт, продолжает эксперт, у нас был в конце 2015 года, тогда же была и вторая реструктуризация.

«Август, который прошел, это уже была третья условная реструктуризация и третий условный дефолт. Поэтому это чисто процедурный вопрос. Но здесь важен не сам факт дефолта, а то, насколько Украина воспользовалась историческим окном возможностей для списания государственного долга», - объясняет Алексей Кущ.

Как рассказывает эксперт, первый такой шанс у нас был в 2015 году, когда на фоне оккупации Крыма, войны на Донбассе можно было требовать от кредиторов списания более значительной части долга. Тем не менее, констатирует он, тогда нам списали только порядка млрд долларов и заменили их ВВП-варрантами, то есть это своеобразный налог на экономический рост. И сейчас, утверждает эксперт, мы снова упустили шанс списать большую сумму.

Как сообщала Politeka, Спивак заявил, что Украине еще предстоит преодолеть пропасть к расположению Трампа, если он победит.

Также Politeka писала о том, что Атаманова рассказала о новом военном альянсе, о котором мы узнаем в конце сентября.


«Путин собрался начать российско-японскую войну»: эксперт рассказал, с кем россия собирается воевать в Тихом океане

Северная Корея – самая разбогатевшая на этой войне страна мира, – Михаил Шейтельман

Россияне не могут себе представить, что для выборов нужно на месяц прекращать войну, – Михаил Шейтельман

Чем слабее будет путин, тем больше шансов, что элиты, в конце концов, его сбросят, – Натан Щаранский

Настроение населения или манипуляция: эксперт объяснил, действительно ли россия готова применить ядерное оружие

Мы создадим сверхоружие, которое уничтожит российское ядерное оружие, – Михаил Шейтельман о прогрессе ИИ

Бунт в россии возможен не через разум, а только через желудок – это нет бензина, нет продуктов, – Николай Томенко

Будем убивать коров по одной, закончим с Wildberries полностью, тогда переключимся на Ozon, – Михаил Шейтельман

Юрий Ванетик рассказал о прагматизме вместо эмоций в отношениях США и Украины

У Кабмина есть шансы превратиться в центр силы, – Виталий Кулик о новом премьере Корецком

«Это был такой символический удар»: эксперт объяснил, зачем россияне запустили ракету в Польшу

«Мы же настолько этим увлеклись»: эксперт рассказал, почему путин не хочет заканчивать войну

Александр Мороз о книге «Армагедон для коррупционеров…» Елены Думы: «Художественно оформлено исковое заявление к государственной власти»

«Придет новый пастух»: эксперт объяснил, почему после путина россиян денацифицировать не придется

Лора Лумер извиняется: эксперт объяснил, почему важно настроить MAGA против россии

Используются ли склады Wildberries для военных поставок? Само собой, – Марк Фейгин

Мы нашли самую огнеопасную точку россии, – Михаил Шейтельман

У него есть свое видение, стратегия, – Александр Мусиенко о новом главнокомандующем ВСУ Драпатом

Демократия против республики: эксперт объяснил, в чем проблема формы организации власти

Показать еще