Посадить можно любого участника боевых действий
Мирослав Гай, волонтер, участник АТО
Война — это всегда преступление. Всегда.
Я знал храбрецов, которые занимались контрабандой. И бандитов, которые отдавали жизнь за свои подразделения или шли добровольцами на фронт, воюя с ножами в руках.
На войне, вообще, происходят странные вещи.
Один солдат отдает тушенку детям из села в серой зоне, другой пытается передать домой стиральную машину «погибшего товарища» через Новую Почту.
Был случай, когда один киборг продал парню с безоружного добровольческого подствольник за 500 грн., который снял у своего боевого товарища! Нафига ему в ДАПе 500 грн.? Дьюти фри или что?
Бывало, что разведчики рискуя жизнью спасали из под обстрелов целые семьи, которые их же потом называли карателями.
На войне все не так, как в мирной жизни. Там все ярче, крупнее, парадоксальней и страшней.
Посадить можно любого участника боевых действий.
Стрелял в людей без введения особливого стану, ставил растяжки на не извлечение, по устному приказу командира пропускал контрабандные грузы, ездил домой с разрешения, но без оформленных документов (дезертирство), модифицировал свое старое оружие, менял топливо на воду, менял гранаты на лекарства, задерживал и бросал в яму корректировщика противника из местных, ездил на нерастаможенных машинах, вел огонь по противнику, находящемуся в жилых кварталах, ради двух деталей для боевой техники брал на баланс, а потом «списывал как уничтоженный металлом».
А сколько вещей нельзя никогда и никому рассказывать?
Я не знаю этого «Батю». Наверняка его есть за что сажать, а может — и нет. Я знаю только одно, что задержан он был с нарушениями. Командир его части не был предупрежден о том, что его бойца задержали. Табельное оружие было оставлено на месте задержания в автомобиле.
Если мы хотим жить в стране Рассея, тогда все ок, а если идем в Европу, то будьте любезны.
Кроме этого, когда не сидят Ахметов, Ефремов, Королевская и другие представители простейших, когда не побороли бурштын и контрабанду леса, когда дают свободно пересекать границу преступникам государственного масштаба, исчезать, сняв электронные браслеты, когда не подают в международный розыск Табачников и Януковичей, размораживают активы террористов и их спонсоров, а откровенных сепаров из правительства «ЛНР» и «ДНР» можно встретить в Киеве в кафе…
Таких фактов очень много.
И дело не в том, виноват или не виноват этот «Батя». Просто преступники не могут судить за преступление. Пока правосудие не будет единым для всех — мы будем наблюдать вот такие истории, суды Линча, и протесты.
Пора уже тем, кто у руля, сказать — что все, с сегодняшнего дня мы живем по закону.
Но нет, не говорят.