Денис Чернышов о побегах из украинских тюрем, взятках охранникам и ВИП-камерах

О пенитенциарной системе в Украине, возможностях для побега из исправительных учреждений, финансовом положении их сотрудников и проблемах пенитенциария рассказал гость Politeka Online Денис Чернышов, заместитель министра юстиции Украины.

Насколько часто сбегают заключенные в Украине и всех ли удается вернуть

Всех поймали, все удачно возвращены на места, скажем так, «несения службы». Все возвращены в места лишения свободы, где они отбывали наказания. Оперативно сработали сотрудники как пенитенциарной системы, так и наши коллеги из Национальной полиции, за что им огромное спасибо.

Сбегают нечасто, но под классификацию обществом побега попадают также и лица, которые находятся, например, в исправительных центрах, там, где ограничение свободы, они фактически не убегают, а избегают отбывания наказания. Общество считает, что они сбежали, на самом деле они избегают наказания, мы их возвращаем со временем. Они самовольно покидают место отбытия.

Статистику мы сводим поквартальную и по году. В этом году на сегодняшний день, насколько я могу вспомнить, мы не вышли за пять человек, притом, что все они возвращены, все найдены. Давайте мы не будем путать побег из колонии, я специально сделал ремарку в отношении того, когда люди избегают отбывания наказания. Если мы говорим именно о побегах, если говорить о сводных цифрах, то их около пяти.

Резонансной статистики я лично не имею, но чтобы кто-то у нас сбежал и не был возвращен — таких нет.

Если говорить, опять же, о статистике и не жонглировать ею, то мы всех вернули, но это слаженная работа оперативников и пенитенциарной системы, и наших коллег из Национальной полиции. Еще раз хочу им высказать свою благодарность, потому что очень оперативно они работают: насколько оперативно они совместно проводят мероприятия — насколько эффективно мы и можем добиться результата по поиску тех людей, которые совершили побег.

Безусловно, это является результатом того, что и сотрудники пенитенциарной системы иногда не выполняют свои служебные инструкции. Каждый случай разбирается, по каждому случаю проводится служебное расследование, и те, кто стали виновниками такого результата, несут определенное наказание: то ли дисциплинарное, а иногда, если вдруг будет выявлено, что был какой-то сговор, то, возможно, будет и криминальное.

О предпосылках к побегу

На самом деле к коррупционным деяниям часто ведет недостаточное финансирование. Это может быть совпадением многих факторов: и некомплект, и низкая подготовка сотрудников, и отсутствие финансирования на инженерно-технические сооружения. В частности, у нас как раз по одесской колонии было так, что там в довольно-таки плачевном состоянии были инженерно-технические сооружения.

Это не оправдание, но тем не менее это один из факторов, который повлиял на возможность совершения побега. Поэтому выделить какой-то превалирующий фактор я не могу. На самом деле в основном это неисполнение инструкций персоналом.

О зарплатах сотрудников и возможностях для коррупции

Этот труд действительно архисложный, архирисковый и очень важный для общества. К сожалению, не все это понимают, не всегда наши аргументы воспринимаются насчет того, что необходимо повышать зарплату пенитенциарию, потому что от качества его работы зависит и тот продукт, который будет давать пенитенциарная система. A продуктом пенитенциарной системы является человек, который уже отбыл наказание, вышел и не входит повторно в конфликт с законом. Конечно, чтобы получить этот продукт, надо действительно быть качественным сотрудником, мотивированным.

Мы провели большую работу, с 2016 года смогли повысить зарплаты где-то на чуть выше 230%.

Оно звучит так массивно, но на самом деле, если мы говорим о деньгах, то средний уровень заплаты именно в колониях будет где-то на уровне 7-8 тысяч у персонала, а если мы говорим про офицеров – то выше 10 тысяч, но это не 20-30, а 12 тысяч. Мы отстаем от наших коллег по правоохранительным органам, и наша задача – чтобы наши сотрудники были оценены, мотивированны, и это даст возможность избегать тех соблазнов, которые могут быть предоставлены теми людьми, которые хотят повторно войти в конфликт с законом, подкупив наших сотрудников.

Нельзя сказать, что мы полностью этого избежали, что таких случаев нет, но тем не менее это тоже предмет нашей работы. По прошлому году было задержано более 100 сотрудников пенитенциарной системы за разные виды правонарушений, по ним ведется работа. Конечно, есть там и коррупционные деяния.

О комфорте в местах заключения для «привилегированных»

ВИП-камер сейчас не существует, мы говорим в основном о СИЗО, потому что если мы говорим о колониях, то там помещения камерного типа – это уже за проступки какие-то, а так в основном это барачное содержание, с которым тоже надо бороться, потому что это наследие советского режима. Мы, наоборот, стараемся дотянуть стандарты содержания в СИЗО до единых, которые хотя бы минимально будут соответствовать стандартам, которые приняты в Европе. Конечно, это колоссальная работа – как физическая, так и с точки зрения капиталовложений.

Безусловно, на местах мы также выявляем случаи коррупционных действий, когда те или иные условия улучшаются, что выходит за рамки правил внутреннего распорядка. Это тоже является предметом отдельной работы, отдельных разбирательств, отдельных служебных расследований. Мы не можем и не имеем права давать привилегированные условия тем или иным категориям людей, которые содержатся под стражей.

Возможно ли, что Зайцеву вывозили из СИЗО в салон красоты? Это невозможно.