Руслан Осипенко о Третьей мировой войне и противостоянии Китая с США

Третья мировая война

Третья мировая война именно сейчас нам не грозит. Не дай Бог, когда-то она произойдет. Если проанализировать заявления, которые уже сделали отдельные политические лица России, то ответ России будет только в том случае, если пострадают россияне.

То есть они уже сняли вопрос защиты сирийского режима, передвинули свою красную черту. Они не готовы отвечать адекватно на возможный нанесенный удар по сирийским войскам. Сирия — это одна из многих точек соприкосновения, из которых состоит фронт противостояния России. Россия нарушила международное право. Это и Северная Корея, и сбитый самолет над Донбассом, и самолет с польской элитой и т. д.

Много чего за эти годы Россия сделала такого, что фактически своими руками сформировала коалицию Запада против себя. Она начинала с того, что была в G7+1. Ей удалось за эти годы сформировать широкий фронт против себя, потому что она вторглась всюду, даже в свободные демократические выборы в США, где выборы — это фундамент американского общества.

Сейчас Россия получает обратную реакцию. Почему только сейчас? Запад фактически пытался воспринимать ее как адекватного субъекта в международной политике, но оказалось, что, во-первых, субъект неадекватен, а во-вторых — вообще не субъект, а объект.

Когда начали вводить санкции, стала очевидна очень интересная вещь — России просто нечем ответить. Все российские спикеры заявляют об асимметричных ответах. Я думаю, что на закрытии “Макдональдс” все закончится, потому что Россия не торгует таким широким спектром товаров, как, например, Китай, который может ответить. Россия поставляет сырье, получая технологии от Запада. Это соглашение, заключенное в 1990-х гг., после распада СССР. Мы были сырьевым придатком в составе Советского Союза, Запад согласился давать нам технологии, чтобы мы развивались, а мы им поставляли определенную необработанную продукцию. Россия решила пересмотреть это все.

“Северный поток 2”

Германия не совсем поддерживает строительство газопровода “Северный поток 2”, здесь процессы более сложные. Коалиция, которая сформировалась, содержит действительно лояльные к России партии, которые говорят, что лучше развивать сотрудничество, чем противостояние.

Проект “Северный поток 2” — это корпорация без посредников между Германией и Россией. Германия всегда хотела пространства на Востоке, развивалась, изменив концепцию после Второй мировой войны, экономически, стала первой экономикой в Европе.

Немецкие компании заинтересованы в создании хаба для распределения газа для всех европейских стран, потому что они действительно экономические лидеры. Но политика и бизнес в Германии очень обособлены, поэтому мы видим, с одной стороны, политические заявления Меркель, что они против ослабления санкций, которые наложены на Россию за нарушение международного права, а с другой стороны — заявления бизнеса о налаживании сотрудничества с Россией. Для государства это удобно, потому что бизнес высказывает такие вещи, которые не могут выразить политики.

Холодная война

Холодная война уже идет. Раньше она была невидима для рядового гражданина, но шла на бумаге и в головах кремлевских политиков.

Когда Путин поехал в Германию и сказал о распаде СССР — это была крупнейшая геополитическая катастрофа, это был сигнал западной элите, что Путин выбирает для себя задачу восстановить по крайней мере часть Советского Союза, влияние, которое он имел, биполярную систему, которая существовала до этого в мире.

Уже тогда было понятно, что это ошибка, ложная цель лидера. Все наработки Россия использовала для реализации этой глобальной цели. Сейчас эта война стала очевидной, мы увидели ее фронта.

Например, еще полгода назад мы разбирались, откуда у Северной Кореи появились такие технологии, что ракеты полетели, а это была одна из точек противостояния, когда Кремль поднимал ставки, чтобы посадить Запад в лице Соединенных Штатов за стол переговоров и разделить сферы влияния.

Китай и США

Китай никогда не будет ввязываться в прямое противостояние. Соединенные Штаты и Китай являются экономическими локомотивами. Доля в международной торговле — 22% на 2014 или 2015 год. Они очень взаимосвязаны. В 2014 году Китай и США фактически сравнялись по внешней торговли. У Китая было 4 трлн 52 млрд , у США — 4 трлн 6 млрд.

Китай, начав политику открытых дверей, приняв правила глобальной торговли, которую запустили на Ямайской конференции 1976 года, в 2014 году уже одержал победу над американцами.

В экономическом развитии мы видим восходящий тренд у Китая и тренд падения у США. Трамп не зря говорил, что нужно снова сделать Америку сильной. Политическая элита Америки подтверждает, что сейчас имеет место тренд экономического падения, поэтому они пытаются удержать Китай.

Мы видим сейчас не войну, а силовое приглашение к переговорам со стороны США. Обе стороны обозначили свои национальные интересы в экономической сфере, — а сейчас она превалирует, чтобы страна считалась господствующей, — и готовятся к переговорам. Это будет длительный процесс, иногда будут вспышки противостояния, но Китай будет переводить его в русло переговоров.

Страна, которая подарила человечеству порох, бумагу и т. д., не может пойти на прямое противостояние, потому что знает, что это всегда затраты потенциала, это неэффективно. По Сунь Цзы, если вступили в открытое противостояние, то вы никакой военачальник. Идеальная победа — получить желаемое без использования армии.