Не «скандал с послом», а конфликт с Сербией

Я хорошо знаю господина Александровича. Человек он с характером ершистим, но профессионал и патриот, который всю жизнь провел на дипломатической работе. Это важно понимать для того, чтобы дать правильные дефиниции ситуации.

Ведь речь может идти вовсе не о «скандале с нашим послом», а о значительно более сложной материи — серьезном обострении отношений Украины с Сербией.

Скандал с нашим послом — это когда посол по своему усмотрению что-то заявлял или делал и оскандалился. И хотя работа в Белграде с точки зрения отношения местных элит к Украине, а еще больше — к России, далеко не самая приятная, мне трудно поверить, что у посла Александровича сдали нервы, и он наговорил действительно острых обвинений в адрес Сербии.

Скорее всего, все же речь идет о ситуации значительно более сложной. Украина и Сербия имеют несколько разное отношение к происходящему на Востоке нашей страны, к войне и роли РФ. Внешне Сербия осуждает российскую агрессию и оккупацию Крыма. На практике отказывается что-делать для демонстрации преданности этим принципам. Ну, мы это временами наблюдаем с Турцией.

Очевидно, проблема сербских наемников/добровольцев (их правильный правовой статус — это важный вопрос только для суда, а для нас, граждан Украины, важно лишь то, что какие-то сербские уроды с уродами российскими и при массовке уродов украинских пытаются убивать украинцев) острая и важная. Но по каким-то причинам официальная Сербия старается не реагировать на нее или реагирует таким способом, который кажется Украины недостаточным.

В этих обстоятельствах Украина вынуждена думать над способом, как привлечь внимание сербской стороны к тому, что является важным для нас. Конечно, обострение публичной риторики, как первый шаг на пути к пониманию с кем-то, шаг идиотический. Но если обращались спокойно и рассудительно и раз, и второй. Если говорили, писали, читали массовые сообщения в СМИ, а реакции нет? Естественно, что на каком-то этапе ситуация подсказывает целесообразность экстраординарных шагов.

Это логика. А дальше начинается искусство. Ведь придумывая эти экстраординарные шаги, Украина должна была бы четко понимать желаемый для нее результат, реакцию той стороны, к которой обращается, возможные последствия и т.д.

Сербы отреагировали еще более остро, чем говорил наш посол. Понятно, что сербы последние десятилетия прошли через многое, что ими воспринимается как национальное унижение. Плюс необходимость постоянно быть в позиции младшего в диалоге с ЕС и НАТО… И если европейцам сербы готовы пока все простить, то, судя по всему, когда фразу европейского политика о сидении Сербии на двух стульях публично повторит украинский дипломат — это уже за пределами того, что они готовы вытерпеть.

Понимали ли украинские дипломаты границу допустимого? Считали конфликт с ухудшением отношений допустимым и желательным? Я не знаю. Теоретически может быть — если вдруг в МИД Украины было принято решение, что сербские наемники на Донбассе настолько серьезная проблема, что стоит ухудшения отношений со всей Сербией. Но на нас такой образ мышления не похож. Допускаю, что не просчитали. Потому что конфликт с Сербией ничего нам не дает, включая возможность как-то обуздать поток сербских мишеней для украинских снайперов.

Но это уже не скандал с нашим послом. Это уже совсем другая политическая ситуация.

Как говорил один знаменитый дипломат: есть вещи хуже преступления — ошибки.

Богдан Яременко, дипломат