Пенсии, банки и доверие

В тему накопительной пенсионной системы история. Проблема в том, что украинцы не очень доверяют банкам и разным фондам. Так чтобы лет на двадцать-тридцать – страшно. Просто потому, что банки склонны исчезать без всяких последствий. Да, несмотря на закон об ответственности акционеров за доведение банка до банкротства и даже несмотря на активную деятельность НБУ и Фонда гарантирования вкладов по выводу с рынка финучереждений, срока в тюрьме не получил ни один владелец банка.

Каждый раз, когда из банка пропадают миллиарды, от НБУ можно было услышать одни и те же истории, вроде: «Чтобы увидеть реальную картину, нужен глубокий аудит». Хотя еще весной 2016 года представители Национальной полиции говорили, что у НБУ есть все средства для отслеживания операций по выведению средств. Но почему-то это у них не особо получается. Или не хотят, не знаю. По факту – деньги могут исчезнуть, и никто не сядет.

Взять тот же Терра Банк и его владельца Сергея Клименко, который до сих пор находится на свободе, благодаря выходу под залог. Терра Банк был признан неплатежеспособным в августе 2014 года. По разным оценкам, чтобы восстановить платежеспособность акционерам нужно было влить от 500 млн грн до миллиарда. Главный бенефициар, которым являлся Клименко, на это не пошел. В итоге свои проблемы решил переложить на Фонд гарантирования вкладов. Но Фонд выступил инициатором расследования причин банкротства банка.

Как оказалось, обвалить серьезный банк извне не так просто. Чаще всего это происходит изнутри, по инициативе как раз-таки управляющих банка с помощью партнеров и своих же компаний. В случае с Клименко у него был соратник по бизнесу – Максим Луцкий, бывший проректор Национального Авиационного Университета (НАУ) и кум Табачника. Луцкий в годы своего проректорства проводил тендеры в НАУ для реконструкции помещений университета и выбирал победителями компании, которые принадлежат ему же и Сергею Клименко.

Сам же Клименко действовал по классической схеме опустошений банка акционерами — выводил средства вкладчиков в виде кредитов на свои же компании, которые занимались строительством. «Цензор» подробно разбирался в этих схемах, кому интересно детали разобрать – все есть. Я по поверхности пройду. Как отмечали в Фонде гарантирования вкладов – Клименко, используя служебное положение, обеспечил в январе-феврале 2014 года вывод значительных средств, привлеченных банком от физических лиц, в ряд подставных фирм в виде необеспеченных кредитов. Указанные операции имели все признаки мошеннических действий, поскольку эти фирмы не имели необходимого обеспечения по кредитным договорам и не проводили по ним хозяйственную деятельность.

В сентябре 2015 года Клименко даже был арестован, ему инкриминировали статью 191 УК – растрата банковского имущества в особо крупных размерах (сумма более 1 млрд гривен). Полиция работает, но и УПК имени Портнова, и украинские суды тоже «работают». В результате все это не помешало Клименко выйти на свободу под залог в 15 млн гривен.

Как такое возможно? Проблема в том, что для привлечения владельца банка к уголовной ответственности нужно доказать, что его действия были умышленными и что именно они нанесли ущерб государству. А факт доведения банка до банкротства доказать крайне сложно. Так и получается, что человек, причинивший такой ущерб стране, все еще спокойно себя чувствует на свободе, и это далеко не единичный случай. Все это приводит к мысли, что система государственных наказаний за подобные действия, которые влекут за собой ущерб как самому государству, так и множеству вкладчиков, оставляет желать лучшего. УПК нужно менять. И не только для коррупционеров – для владельцев финучреждений, управляющих госкомпаний, для всех, кто отвечает за чужие деньги. Ответственность должна быть реальной…

Кирилл Сазонов, блогер