Заявляя, что потерь нет, штаб АТО не владеет обстановкой
Анализ тактической обстановки в районе шахты «Бутовка».
Шахта «Бутовка» — одна из ключевых позиций в районе Донецкого аэропорта, которая примыкает к поселку Спартак. С сооружений шахты можно наблюдать за пригородом Донецка и обстановкой севернее ДАПа.
Это одно из самых горячих мест на фронте — поскольку с этой позиции нашим наблюдателям удобно контролировать действия российских войск, и это пригород Донецка. Отступать некуда, противник постоянно проводит обстрелы и ведет беспокоящие действия малыми группами пехоты, чтобы затруднить работу наблюдателей, максимально сблизиться с нашими позициями и создать условия для атаки.
Но вместе с тем, обстановка на «Бутовке» такая же как и на других опасных участках фронта — Зайцево, например, промзона Авдеевки. Везде, где позиции сближаются — и отступать нельзя.
И противник в этих боях также несет тяжелые потери.
«Бутовку» взяли 22 января 2015 года подразделения 95-й аэромобильной бригады, и с тех пор бои там не прекращаются. Важная точка.
Сейчас на шахте подразделения 128-й горно-пехотной бригады, усиленные добровольческим подразделением «Правого сектора» — отдельной тактической группой. (Это не УДА Дмитрия Яроша, а именно «Правый сектор». Однако Украинская добровольческая армия также принимает участие в действиях в этом районе — один из их бойцов был также ранен 12 июня при обстреле на шахте).
Да, наша армия пока не может отказаться от участия в боевых действиях добровольцев на отдельных, наиболее угрожаемых участках, поскольку на фронте острый некомплект личного состава, который высшее командование предпочитает не замечать. И добровольцы нужны как мотивированные пехотинцы, как единственный мобильный тактический резерв, который может быстро и без проволочек усилить конкретный опорный пункт, подменить наблюдателей и бойцов.
Кроме того, добровольцы осуществляют оборону активно, беспокоят противника. Предпринимают вылазки, которые армия может осуществить не всегда, поскольку связывается приказами не допускать провокаций против Минских соглашений и системой согласования.
За шахтой постоянно осуществляется наблюдение с помощью беспилотных аппаратов, и за многие месяцы обстрелов противник детально владеет обстановкой и изучил наши позиции. Точность попаданий довольно высокая. Обстрелы ведутся постоянно, корректируются.
Артналет противника ночью 12 июня был обычным «дежурным» ударом. Жертвы и раненые — результат одного прямого попадания по месту, где укрывался личный состав. Гаубичный снаряд. Ну, разумеется, запрещенное по Минским соглашением оружие.
По данным на сегодня от друга «Воловика», погибло чотверо воинов отдельной тактической группы «Правого сектора». Пропавших без вести нет. Ранения получила целая группа украинских военных.
12 июня на другом участке умер военнослужащий 55-й артиллерийской бригады. Других потерь погибшими в тот день не было.
Потери в батальоне «Айдар», которые стали известны 12 июня, на самом деле относятся к 10 и 11 июня, то есть предыдущим дням.
На тех направлениях, где в силу тактической обстановки обе стороны вынуждены вести контактные бои, противник не откажется от дальнейших обстрелов и атак.
Как сократить число наших жертв?
1. На опасных участках фронта необходимо принять меры по дополнительному инженерному обеспечению и маскировке укрытий для личного состава, которые являются основной целью противника.
2. Чаще проводить ротацию — причем привлекать прежде всего наиболее боеспособные подразделения, из мотивированных бойцов. Люди под постоянным обстрелом быстрее устают, их надо чаще менять.
3. Необходимо повысить эффективность контрбатарейной борьбы в этом районе. Основная проблема — недостаточно быстрое время реакции на артобстрелы противника. Огонь открывается с запозданием и не обеспечивается плотность поражения цели. Для борьбы с самоходной артиллерией это неэффективно. А нередко на беспокоящий огонь и короткие налеты не отвечают вообще. Это производит не лучшее впечатление на личный состав.
Локальная война на Донбассе будет продолжаться. И воевать надо с учетом реальной обстановки, не надеясь на обещания Кремля и мирные инициативы.
И последнее. Гибель воинов — неважно, из каких подразделений, — это проблема для всего государства и для всего общества. Наверное, самая важная проблема. Потому что они там не случайно погибли, потому что решили отдать жизнь за Родину. И где бы они ни служили, в госструктуре или в добробате, все эти воины — раз они на передовой — это НАШИ воины и наши защитники.
И если штаб АТО заявляет что потерь нет, значит, он просто не владеет обстановкой и не понимает, что происходит. В отличие от тех, кто на передовой сражается за Украину вопреки всему.